Каппуччино и Изабелла. Часть I

Каппуччино и Изабелла. Часть I.

22.11.

В Италии, пожалуй, больше красивых и старых городов, чем в любой другой стране.

Флоренция гордится своими многочисленными сокровищами. Когда женщины слышат «Флоренция», их глаза загораются, им сразу видятся чудные шляпки, называемые «флорентинками». И город Венеция славится. Каналы, мосты, гондолы и тысячи голубей на площади Маркуса! А Рим! На семи холмах возведён город. Даже дикая волчица нашла эту местность такой прекрасной, что стала совсем ручной и приняла двух детей, как своих собственных волчат. Ромус и Рем звали детей. Вскормленные волчицей, они выросли и начали строить первые дома Рима.

Но как бы ни были чудесны города Италии, н об одном из них не рассказывается более удивительных историй, чем о Болонье. Как на картине любого города возвышаются среди прочих домов архитектурные сооружения, церкви, башни, так и со множеством историй Болоньи. Одна из них через уши проникает прямо в сердце. Эта история перессорила весь город. А начиналось всё так миролюбиво.

Богатая семья  Гаризенда и такая же зажиточная семья Азинелли жили в двух шагах друг от друга. Конечно, дом семьи Гаризенда насчитывал на 14 комнат больше, но зато Азинелли принадлежал дворец, в котором потолок зала был украшен драгоценными росписями. Гаризенды получали доходы от торговли пряностями. Им доставляли пряности в тюках и сосудах из далёкой Индии, даже из Китая. Распакованные в маленькие пакетики перец и корица, шафран и мускат приносили большую прибыль.

А Азинелли торговали мехами.Самые лучшие они покупали на ярмарке пушнины в Нижнем Новгороде. В этот город приезжали охотники на пушных зверей из Сибири и торговали лисьим мехом, шкурками куниц, волчьими шкурами, белым мехом горностая и иногда даже ценнейшим соболем. Когда после недельного пути конная упряжка невредимо добиралась до Болоньи, господин Азинелли проверял пушной товар, перебирая пальцами, и, довольно смеясь, восклицал: «Ничего нет лучше Бога и мехов из Нижнего Новгорода!»

Часто, когда они ожидали прибытие товара, Гаризенда смотрел на северо-восток слева от восходящего солнца, а Азинелли посматривал вправо от утреннего солнца на юго-восток. Так они не переходили друг другу дорогу. Не перехватывали друг у друга клиентов, ведь пряности и меха покупали многие в Болонье и по всей стране.

У Азинелли была дочь. Звали её Изабелла. Девочка для единственного сына Гаризенды придумала имя. Вообще-то мальчика звали Карлос. Но Изабелла звала его Каппуччино. И так как имя так подходило к смуглой коже и светлым вихрам мальчишки, что даже его родители называли так своего сына. Оба ребёнка часто играли вместе, и родители поощряли это.

Проходили годы. Богатства обеих семей увеличивались и увеличивались. Но когда кому-то слишком хорошо живётся, тот начинает с жиру беситься. Семья Гаризенда начала строить у своего дома башню. «Наша башня будет возвышаться высоко в небо над всеми деревьями», — хвалился господин Гаризенда. — «Все должны видеть, насколько мы богаты». Это семье Азинелли не давало спокойно спать. «Разве мы не богаче перечных мешков напротив?» — ворчала госпожа Азинелли. «Мы богаче, дорогая», — успокаивал её муж. Тогда жена заявила: «Тогда докажи это им и всему городу. Давай и мы построим башню, башню, что будет выше, чем на другой стороне улицы». Муж сначала молчал. Но она осаждала его, наконец, воскликнула: «Или Алонсо Азинелли, ты не можешь себе этого позволить?» Тут господин Азинелли напыжился, как петух, и сказал: «Если Алонсо Азинелли захочет, то он построит башню, такую высокую, что она будет бороздить облака». «Ты же этого захочешь, дорогой?» — спросила госпожа Азинелли. «Ещё бы не захотеть!» — ответил господин Азинелли.

И началась стройка наперегонки. «Выше, выше!» — побуждала мужа госпожа Азинелли. А господин Гаризенда так орал, что было слышно из-за стен и понятно всей улице: «наша башня всех превзойдёт. И на закате она будет бросать тень до самой Равенны!»  Всё лето у них строили башни. Каменщики работали день за днём с первого крика петуха до темноты. Башни выросли уже выше домов и росли, росли. Но Гаризенда и Азинелли не могли никак остановиться. Мрачным взглядом  они всё время сравнивали.

Изабелла и Каппуччино слышали дома о соседях только плохое. Наконец, они перестали друг с другом здороваться. Если они встречались на улице, Изабелла ехидно кричала: «Эй, ты, перечный мешок!» Каппуччино платил той же монетой, отвечая: «Ты, тулупная вошь!» Если было возможно, они избегали любых встреч. Если замечали издалека друг друга, то шли другой дорогой.

Жил в Болонье в те годы нищий монах. «Паоло с ослом» называли его люди, потому что он ходил по улицам со своим старым ослом. Он стучал в двери и собирал хлеб и деньги для бедных. Никогда он не уходил с пустыми руками из домов Гаризенды и Азинелли. «Кто много имеет, тот должен больше и давать», — говорил Паоло. Когда нищий монах услышал, что затеяли семьи, он попытался их предостеречь: «Однажды уже возведение башни разделило людей и принесло в город много бед и огорчений. Вспомните о Вавилонской башне». Но семьи лишь посмеялись над наивным монахом. Но Изабелла последовала за монахом до самого дома. Она попросила его: «Паоло, расскажи мне историю о великом строительстве башни». Он присел на ступенях, что вели в дом Азинелли, и начал: «Это было давным давно. Тогда все люди разговаривали на одном языке. Каждый понимал другого». Изабелла спросила: «В далёкой России и у нас в Болоньи был один язык?» Паоло кивнул. «И в Китае и в Индии тоже?» Паоло неуверенно замолчал, подумал немного, наконец, ответил: «Дитя, везде, где тогда жили люди, был один единственный язык». «Как чудесно!» — воскликнула Изабелла. — «Каждый день приходит моя учительница. Я должна учить русский язык. Я должна буду потом помогать отцу в торговле пушниной. Отец всё время повторяет: «Кто хочет торговать мехом, должен учить русский. Если бы люди говорили на одном языке, то мне бы не пришлось мучиться с таким трудным русским». «Ну, дальше», — несколько нетерпеливо продолжил монах. — «Тогда люди кочевали со своими стадами от пастбища к пастбищу. Они жили в шатрах». У них не было постоянных домов?» «Нет, Изабелла».  «Как хорошо, что мой папа торгует мехами, и мы живём в прекрасном доме. Как хорошо, что нам не нужно в ветер и дождь кочевать за стадами».      «Если ты будешь меня постоянно перебивать, мы никогда не дойдём  до конца истории  о строительстве башни», — сказал монах  и продолжал:    «Однажды пришли сюда с востока…»  «На востоке Россия. Оттуда мой отец…»  «Изабелла! Если ты не закроешь свой рот, я перестану рассказывать, возьму осла и уйду!»  «Нет, Паоло, останься, я обещаю не перебивать, буду слушать».  «Итак, с востока пришло много людей в плодородную долину. Две большие реки весь год несли достаточно воды. Реки назывались Ефрат и Тигр. Там очень понравилось людям. Они решили остаться в долине и начали строить город. Выросло множество домов и великолепных дворцов, появились сады, мощёные улицы и площади с колодцами и фонтанами…»  «Как в Болоньи?» Паоло взглянул на неё. Изабелла тут же приложила палец к губам. «Они дали городу имя, назвали его Вавилон. Это означает «Ворота Бога». Кому в Вавилоне первому пришло в голову построить высокую башню, никто сейчас больше не знает. Но вскоре многие были воодушевлены этой идеей. «До неба!» — кричали они. — «До неба!» Они начали обжигать целые горы кирпича, начали кладку. В качестве раствора они применяли асфальт. Он скрепляет камни. На прочном фундаменте хотели они воздвигнуть башню. «До неба! До самого неба!» — кричали они. «Мы велики и могущественны, как сам Бог! Их крики дошли до ушей Бога. Конечно,башня росла и росла и становилась огромнейшим сооружением, какого мир ещё не видел. Но Бог выше всего, что бы ни построили люди. Он спустился на землю, чтобы посмотреть на башню. И изрёк: «Людей начали одолевать заносчивость и гордыня. Не всё, что они могут сделать, позволено им. Я спутаю их язык. Больше они не будут разговаривать на одном языке!»

И не стали люди понимать друг друга. Они перессорились и прекратили строить башню. И даже рассеялись по всей земле» Изабелла задумалась. Когда Паоло поднялся, она сказала: «Это как и у нас с семьёй Гаризенда. Раньше мы так хорошо понимали друг друга. А сейчас…»  Монах кивнул и пошёл со своим ослом прочь.

Cappuccino und Isabella.  Teil I.

Автор: Вилли Фэрманн (Willi Faehrmann)

Перевод: Валикова С.И.

 

Оставить комментарий


.