Осёл, что вёз царя. Часть II.

Осёл, что вёз царя. Часть II.

03.01.

Это было, пожалуй, под утро. Прохладой веяло с моря. Начинался новый день.

Осёл точно знал признаки раннего утра. Но что это был за слабый звук? Походило на звук незнакомого инструмента. Похожую мелодию он слышал только раз в Святую ночь. Все его чувства обострились. Он увидел. что луч растёт. Остановился над волхвами и на некоторое время застыл. Стал ярче, так что ослу пришлось прикрыть глаза. Но потом раздались звуки, и он приоткрыл их. Свет погас, и снова всё было так, как в обычные, знакомые ослу, ночи. Новый день пришёл с востока. Сияя, взошло солнце.

Верблюды потягивались, сбрасывая сон. Три волхва собирались в путь. «Мы императору Ироду сообщим, где нашли дитя», — сказал белый верблюд.  «Ведь Ирод в Иерусалиме об этом просил», — объяснил белесоватый.  «Хороший корм был в стойле Ирода, где мы останавливались», — мечтательно воскликнул тёмный верблюд и пошамкал, так как он с радостью подумал о том, что они на обратном пути вновь остановятся в Иерусалиме. Но получилось по-другому. Волхвы не хотели снова заходить к Ироду, даже просили не отговаривать их от оставления страны тайными тропами и, как можно, скорее. «Ангел их предостерёг», — объяснил осёл верблюдам. — «Я всё слышал и видел.» Очень удивились этому верблюды. В их странах ослы мало что значили. А здесь не знатные королевские животные увидели ангела, а бедной, презренной серой шкуре привалило такое счастье.

Когда караван исчез вдали, вернулся покой. Осёл всё реже думал о том, что он хотел бы вернуться в горный край к другим диким ослам. Он чувствовал себя в хлеву Вифлеема уже как дома. Поэтому он испугался, когда Мария сказала Иосифу: «Я и дитя чувствуем себя хорошо. Давай вернёмся в Назарет, в наш родной город.»  «Хорошо», — согласился Иосиф. — «Придёт время, что я вернусь в свою мастерскую к своей работе.»  Итак, завтра», — подумал осёл и погрустнел. Но среди ночи он снова услышал мелодию и пение. Хлев озарился отблеском небесного света. Он упал на Иосифа. От блеска ослу пришлось зажмурить глаза. Иосиф проснулся, дотронулся до плеча Марии и сказал ей: «Просыпайся, Мария! Сегодня ночью мы должны уйти,»  «Почему так рано?» — спросила Мария. «Ангел так сказал.» — встревоженно ответил Иосиф. Когда Мария с удивлением. молча на него смотрела, он продолжил несколько спокойнее: «Я видел во сне. Ирод ищет дитя. Он хочет его убить. Поэтому нам нужно бежать в Египет.»  Осёл знал, это не было хитросплетениями сна.  «Ирод боится дитя», — сказал он сам себе, — «поэтому он послал своих солдат найти его и убить.»

Но потом пронизала его мысль, как далеко ведь от Вифлеема страна Египет. Огромную Синайскую  пустыню  нужно пересечь. Знал ли Иосиф опасности, знал ли он путь, колодцы, стоянки с водопоем? Никогда не дойдут трое целыми и невредимыми до Египта, сказал он сам себе. Мигом ему стало ясно, что он должен оставить хлев и Вифлеем. Он решил из Обетованной земли идти с ними в Египет. Ему же верблюды так подробно описали путь. Точно должен был он идти до Египта, если хотел нести настоящего царя. Собираться Иосифу было недолго.  Мария привязала младенца платком на груди. Тут к Марии подошёл осёл и шаркнул копытом.  «Ты глянь-ка, Иосиф», — позвала Мария. — «Осёл чувствует нашу нужду. Он не хочет нас покидать.»  Иосиф обрадовался, посадил Марию с ребёнком на спину осла, подхватил узел, взял посох, и ещё до рассвета они пустились в путь, в далёкую страну Египет.

Однажды, когда осёл должен был один искать верный путь, они увидели под вечер вдалеке оазис. Чем ближе они подходили, тем отчётливее вырастала из пустыни и моря песка великолепная картина. Высоко устремлялись в небо финиковые пальмы, и в вечерних огнях пылали рожковые деревья. Источник среди пустыни позволил возникнуть вокруг пышно цветущему саду. Кустарники и деревья, цветы и фрукты росли там в расточительном изобилии. Но три стражника с диким выражением лиц воспрепятствовали им проход к источнику. «Вода принадлежит нам!» — заорал один. Другой прокричал: «Где мы бы были, если бы каждого проходящего чужака здесь принимали!»  «Мы должны о себе думать», — сказал третий. -«Своя рубашка ближе к телу. Сами ищите, где остановитесь». И они погрозили своими копьями. Иосифу и Марии ничего не оставалось, как искать пристанище на окраине оазиса. Под одной финиковой пальмой они нашли местечко. Ночью дерево сбросило много плодов. Оно оказалось добрее людей.

Прежде, чем двинуться дальше, Иосиф умолял стражников: «Дайте хоть напоить осла и наполнить курдюк водой. Иначе мы погибнем в пустыне от жажды.»  Те нехотя позволили. Источник давал много воды, и колодец был большой и полный до краёв. Но стражники мрачно смотрели, как осёл тянул воду, и оттолкнули Иосифа, хотя его курдюк наполнился лишь наполовину. Когда одна женщина вышла из своей палатки с хлебом и хотела отдать его беженцам, стражники начали во всю глотку ругаться и прогнали её назад в палатку. «Если вы сейчас же не уберётесь, то вам не поздоровится!» — пригрозили они кулаками.

В этот день семья и осёл оставили песчаную пустыню. Путь стал каменистее и ещё тяжелее. Они приближались к пеклу скалистой пустыни. Вечером они не нашли воды. Иосиф поделил остатки воды из курдюка. Осёл смочил только губы, хотя его очень мучила жажда. Рано утром пошли дальше. Все чувствовали себя вялыми и продвигались вперёд медленно. В полуденное пекло нашли немного тени за выступом скалы. «Я хочу пить», — сказала Мария. Иосиф опустился подавленно на землю. «Может быть, вечером найдём колодец», — попытался он вселить надежду в Марию. Но даже ослу прозвучало это не очень убедительно. Они потащились дальше.

Когда день клонился к вечеру, ничего в округе не предвещало воду. Пустынно и чуждо было средь камней, ни лишайников, ни мха, голые горячие скалы. «Это конец», — прошептал в отчаянии Иосиф. Мария сползла с осла и искала пристанище у скалистой стены. Осёл повесил голову и дрожал от изнеможения. Его глотка пересохла, и язык прилип к гортани. Конечно, верблюды предупреждали, что переход по скалистой пустыне опасен. Но какие страдания он должен был теперь переживать, превзошло самые худшие ожидания. А я ещё должен царя на на спине нести, подумал осёл и обозлился на белого верблюда. Животное растянулось на земле.  «Теперь я могу понять народ Израиля», — пробурчал осёл. — «Неудивительно, что люди роптали и были недовольны Моисеем, когда он вёл их по этой пустыне.»  Некоторое  время осёл лежал, как оглушённый, и не мог собраться с мыслями. Потом он вспомнил, ведь Моисей своим посохом ударил в стену скалы, так что вода забила из камня. Осёл собрался с силами, вскочил и потопал к скалистой стене. Со всей силой ударил он в скалу задним копытом. Воды не появилось. Он от такой жажды потерял рассудок, подумал Иосиф и попытался оттянуть животное от стены. Но осёл упирался и снова и снова подходил к стене.

И тут это произошло. Камень сначала потемнел, потом увлажнился, и, наконец, выступили тысячи тысяч кристально-чистых капель воды из щелей и пор и потекли ручейком. Всё больше и больше воды било ключом из скалы. Они пили и пили. Досыта. Предусмотрительный Иосиф наполнил курдюк доверху. И погрузились они в глубокий сон. Под утро ослу приснились королевские верблюды, и он увидел отчётливо многими картинами путь в Египет.

Первые лучи солнца разбудили их. Не прекращаясь, бил источник из скалы. Уже даже образовалась вымоина. Зелёное мерцание всходящих растений обрамляло нежным пухом вокруг источника и вымоины. Они напились, и так было вкусно! Иосиф раскинул широко руки и поблагодарил Бога:

«Ты в пустыне пробил в скале щель

и щедро напоил нас, как из клокочущего потока.

Ты заставил из камня потечь ручьи,

и потоком вырвалась оттуда вода!»

Мария ласково погладила осла: «Пожалуй, мы назовём источник — Бог помог усилием осла». На мгновение осёл задрал нос так высоко, как королевский верблюд. Но гордыня не на пользу ни одной серой шкуре. Осёл не смотрел, куда ступает, и оказался нечаянно в вымоине. Испуганно выкарабкался он оттуда, встряхнулся так, что брызги полетели во все стороны и засверкали жемчужинами на утреннем солнце.

Через четыре дня они достигли границы Египта. Чем дальше они углублялись в страну, тем больше удивлялись богатству жителей. Широкие мощёные улицы проложили те, построили высокие дома. Далеко простирались  плодородные поля, и посредине долины тёк могучий Нил. Его воды означали жизнь и процветание для всей местности. Семья пришла в город с обилием деревьев и фруктов. Узкие каналы бежали вдоль улиц, по которым непрерывно текла вода. Торговцы громким криком предлагали великолепные фрукты, фрукты, которые осёл до этого никогда не видел.  «Здесь мне нравится», — сказала Мария.. Иосиф хотел узнать, нет ли где в городе работы для умелого плотника. Но никто не понимал его языка. Мужчины, с которыми он заговаривал, пожимали плечами и оставляли его растерянно стоять.

Да, нам, животным, намного легче, чем людям, подумал осёл. На площади стояло много его собратьев с железными кольцами в носу. Он подошёл к ним и спросил: «Эй, братья, мы ищем плотника, которому нужен работящий помощник».  «Не ходи к тому, что в Овсяном переулке», — предостерёг один старый осёл с косматой, неухоженной шкурой. — «Он будет бить тебя бруском, и поесть не получишь ничего путного. Я знаю, о чём говорю.» И он лизнул свои раны.  «И не к тому, что на Исламской улице», — сказал другой. — «У него ни один плотник не выдерживает больше недели. Ни один осёл, ни один человек не могут ему угодить.»  «А есть в вашем городе мастер, о котором вы мне можете рассказать что-то хорошее?» — спросил удивлённо осёл Иосифа. Тут выступил вперёд светло-серый осёл, едва ли старше, чем осёл Вифлеема, и сказал: «Я, пожалуй, знаю мастера для вас. Это плотник, чей древесный двор находится у фиговых садов, на окраине города. Если вы ему будете нужны, вам будет хорошо у него.» Он мотнул головой на улицу, что вела в Александрию. Тихо и печально добавил: «Меня, к сожалению, ему в прошлом году пришлось продать. Мой новый хозяин такой же, как все египтяне. Ослов они ни во что не ценят.»

«Что нам делать?» — спросил Иосиф свою жену. — «Они не понимают нашего языка.»  «Они не неприветливы», — ответила Мария. — «Просто у людей в этом городе нет времени. Они торопятся, спешат и не обращают внимания на людей-беженцев.»  Осёл не хотел ждать, пока оба придут к какому-нибудь решению. Он направился вперёд, Иосифу пришлось поспешить, если он хотел с ним идти. «Кто знает», — улыбнулась Мария, — «может быть, наш Серый знает и здесь верный путь.»  Она это сказала вроде бы в шутку и удивилась не сильно, когда осёл остановился у древесного двора. Перед двором звенели пилы. Это звучало для Иосифа мелодией. Он посмотрел на Марию и спросил: «Что ты скажешь?»  «Но попробовать же мы можем», — ответила она.

 

Der Esel, der den Koenig trug. Teil II.

Автор: Вилли Фэрманн (Willi Faehrmann)

Перевод: Валикова С.И.

Оставить комментарий


.