Осёл, что вёз царя. Часть I.

Осёл, что вёз царя. Часть I.

02.01.

Часто уже рассказывалась история о рождении Иисуса.

Император Август решил провести перепись своего народа. Каждый должен был вернуться в город своего отца. Там он был внесён в реестр. Так Иосиф с Марией прибыли из Назарета в Вифлеем. В эти дни родила Мария в хлеву сына. Иосиф был с Марией, когда подошло время рождения.

И об осле и воле знаем мы. Возможно, что их тёплое дыхание прогоняло холод ночи. Возможно, что Мария поблагодарила животных улыбкой. Давным давно об этом знал и поведал пророк Исайя. Не могущественный царь зверей, лев, не гордый орёл, хозяин ветров и облаков, также не сильный медведь, нет, простой вол и молодой осёл смогли видеть, как Сын Божий стал человеком. Но всё это достаточно известно. И о воле мало, что ещё можно рассказать. Он скоро вернулся к своему хозяину. И дальше тянул плуг по пашне, и снова и снова запрягали его в тяжёлые возы. Иногда в ясные ночи он взглядывал на небо и мычал звёздам. Но ангелы больше ему не являлись, и ни разу больше не мог он увидеть сияние Святой ночи.

По-другому у осла. Он был так называемое ничьё животное, дикий осёл, который в горах бродил по Обетованной земле и ничего до этого не сделал нужного. Всё чаще пастухи пытались его поймать и выжечь на его шкуре клеймо хозяина. Но осёл был быстр и хитёр. Никогда он не попадал в их ямы, никогда не запутывался в их силках и сетях. Когда вол в рождественское утро ворчливо промычал «Прощай!», осёл остался. Почему он это сделал, он и сам не знал. Сначала он хотел остаться только на некоторое время и посмотреть, что будет дальше с людьми, что нашли убежище в хлеву.

Рассвело. Иосиф вышел наружу. Если они не хотели замёрзнуть, он должен был собрать дров для огня. Осёл решил, что и ему немного движения не помешало бы, и выбежал с ним наружу. Расковырял копытами и вырвал пару стебельков сухой травы, но оставался всё время вблизи от Иосифа. Было много сухого дерева недалеко от хлева. Скоро Иосиф собрал целую кучу. Он связал дрова бечёвкой, хотел нести на плечах. Тут осёл подошёл вплотную к Иосифу и тихо ткнул его носом. Иосиф поднял вязанку и взвалил её на спину осла. Тот мгновение стоял, не двигаясь. Издалека не раз видел он, как другие ослы тащили тяжёлые тюки, но до этого его спину не давила никакая ноша.  «Ты хорошее животное», — сказал Иосиф и потрепал его по холке. Потом взял его за ухо и повёл назад к хлеву.

«У осла нет хозяина!, — сказал Иосиф Марии. — «У него нет клейма. Он молодой и сильный. Мы можем надеть на него уздечку и выжечь своё клеймо. Он может нам хорошо послужить».  Мария ответила: «Осёл пришёл к нам по своей воле и нам помог. А ты хочешь в благодарность его заклеймить и привязать? Останется он или уйдёт, он сам добровольно должен решить». Иосиф удивился такому ответу, но решил, пусть так и останется. А ослу слова Марии понравились. Он решил пока что остаться.

В следующие дни всё шло спокойно. Проходило мимо стадо, то пастухи заглядывали в хлев, наполняли кувшин свежим молоком, иногда дарили кусок сыра или круглого хлеба. Иосиф старался быть полезным. Починил забор, поставил под крышей новую опору, как это умеют плотники. Но потом наступил тот день, который осёл никогда не забыл бы. Слух дошёл до хлева. «Три мудреца, волхва, толкователя звёзд с Востока, идут из Иерусалима в Вифлеем», — сообщили проходящие пастухи. «Что нужно трём волхвам в маленьком городке?! — удивился Иосиф. Но пастухи показали на яркую звезду, что оставляла за собой мерцающий шлейф. Они утверждали, этот небесный свет показывает волхвам путь к новорождённому. Один совершенно лысый старый пастух тихо сказал, как-будто хотел выдать тайну: «Они ищут того, кто спасёт мир. Сначала они побывали в Иерусалиме у царя Ирода. Но в старых писаниях ничего не было об Иерусалиме. Нет, там написано: Ты, Вифлеем, не последнее гнездо среди городов Обетованной земли. Из тебя выйдет Христос, Спаситель мира».  «Это правда», — утверждали пастухи. — «Ангел сказал. Мы слышали и видели». Другие, которые в ту ночь далеко от Вифлеема пасли животных, не верили. «Именно сейчас?!» — кричали они. — «Именно в Вифлееме?!» И они отвернулись от старика. А осёл понял старика и пастухов хорошо. Теперь он догадался, почему в Святую ночь небо открыло свои врата, весь блеск, небесные силы, спешащие к хлеву пастухи — всё это в одно мгновение вспомнилось ослу. Тут он почувствовал, что дитя в яслях должно быть ребёнком особенным. Смиренно пошёл он в хлев и преклонил колени.  «Уже средь белого дня устал?» — поддразнил Иосиф осла. Но тот не обратил на это никакого внимания. Он долго смотрел на дитя, и его кроткие глаза горели в полутьме хлева.

Потом он озаботился, волхвы могут не найти верный путь в городе среди знатных домов не найти это дитя. Он поспешно вскочил и помчался вдоль проторённой тропы к Вифлеему. «Мы всё-таки должны были бы его привязать», — разочарованно сказал Иосиф. -«Это было хорошее. сильное животное».  «Он обязательно вернётся», — заверила Мария, но Иосиф не поверил.

Далеко за городом осёл встретил караван волхвов. «Эй!» — крикнул он идущему впереди каравана верблюду. — «Эй, я знаю дорогу. Не в городе, а у пастухов ваша цель».  «Уйди с дороги, ты, кусок дерьма!» — прошипел верблюд и из-под тяжёлых век надменно глянул на осла.  «Что такое? Почему остановился караван?» — спросил белый верблюд, что шёл вторым, на котором сидел мавританский волхв. «Быдло преградило дорогу», — ответил первый верблюд. — «Хочет дать совет всезнайка-осёл, хочет показать нам правильный путь.» И верблюды, задрав морды выше, подумали, что это они сами были теми, кто намного лучше знал, чем другие, караванные пути, водопои в пустыне. Но мавр-волхв воскликнул: «Следуй за звездой!» Тут погонщик действительно направил своего верблюда с проторённой дороги в Вифлеем на узкую ослиную тропу. Да, когда верблюд несколько заартачился, погонщик стегнул его кнутом. С неохотой последовал верблюд за ослом. А тот был уверен, что не заблудится, так как яркий небесный свет остановился прямо над хлевом. Караван был у цели.

Три волхва Каспар, Мельхиор и Бальтазар спешились, отряхнули пыль с одежды и вошли в хлев. Подарки они несли в руках:  золото, ладан и мирру. Стало тесно в хлеву. Осёл остался снаружи с верблюдами. Но через дверь он видел всё отчётливо: Волхвы склонили колени перед яслями, как это он сам незадолго до этого сделал. Верблюды теперь были немного дружелюбнее к ослу, спросили: «Мы знаем все дороги и тропы. Никогда до этого не был нам полезен осёл, который бы нас вёл. Скажи-ка, как это получилось, что ты знал верный путь, а не мы?»  «Я присутствовал, когда дитя родилось», — сказал осёл. И он с воодушевлением рассказал верблюдам, что произошло в Святую ночь. Покачали задумчиво головами верблюды, про себя подумали: «Почему всё это должен был пережить этот глупый осёл? Почему не мы? Мы же намного знатнее и больше подходим владыке.»

С этих пор они относились к ослу с уважением. А чтобы он знал, какие они умные и много повидавшие, верблюды рассказывали ему до поздней ночи о своих странствиях по необъятным пустыням мира от Вавилона до Аравии и Египта, о песчаных бурях и тысячах других опасностей, которые они выдержали. Они точно описывали ослу караванные пути, города, оазисы. Белый верблюд, что нёс мавританского волхва, сказал: «Оазисы мы хорошо знаем. Ведь кто пропустит водопой, тот погибнет от жажды. Грифы склюют тело, а скелет выбелят солнце и ветер».  «Да, это так», — подтвердил породистый буланый верблюд волхва Каспара, — «наконец, мы не можем. как Моисей, выбить воду из скалы».  «Воду из камней?» — недоверчиво спросил осёл и подумал, что верблюды хотели над ним посмеяться.  «Так и есть», — подтвердил гнедой, принадлежащий волхву Балтазару. — «Когда Моисей вёл по скалистой пустыне народ Израиля из Египта назад в Благодатную землю, люди страдали от жажды. А Моисей ударил своим посохом в скалу. Свежая вода брызнула оттуда, и так обильно, что все смогли напиться. Они назвали местность Масса и Мерива» И снова рассказывали верблюды, описали точно путь, пройденный Моисеем. Они называли караванные тропы и места стоянок, оазисы и колодцы.Осёл впитывал в себя всё это, так как для дикого осла нет ничего важнее, чем то, чтобы хорошо ориентироваться в горах и долинах, пустынях и пастбищах. Наконец, верблюдов сморил, и они закрыли глаза.

У осла же сон как рукой сняло, и все истории верблюдов прокручивались у него в голове.  «Мог бы я хоть один единственный раз понести на своей спине настоящего царя», — вздохнул он. — «Я бы точно не пропустил ни одного колодца, ни одного оазиса». И он шептал про себя названия цветущих садов среди пустынь. А белый верблюд, как-будто прочитав тайные мысли осла, открыл глаза и сказал: «Осёл Вифлееме, я хочу поведать тебе одно предсказание. Ты однажды понесёшь на своей спине царя царей». Верблюд закрыл глаза и снова заснул.

 

Der Esel, der den Koenig trug. Teil I.

Автор: Вилли Фэрманн (Willi Faehrmann)

Перевод: Валикова С.И.

Оставить комментарий


.