Долгая пляска

Автор: Детлев фон Лилиенкрон (Detlev von Liliencron)

Перевод: Валиковой С.И.

Долгая пляска

После заутрени, пару шажков

От стен монастырских молодки

Вмиг подцепили троих пастушков;

И ну – отбивать подмётки.

Стали плясать вшестером и орать,

Коленца выкидывать рьяно,

Горло застольными песнями драть,

Вопить: «Аллилуйя! Осанна!»

Просвитер – пылают от гнева глаза –

На пляшущих лает, бранится,

А терний, волчцов всё сильней голоса –

Шестёрка над ним лишь глумится.

Священник, охрипнув от злости, вскипел:

Да будет вам божьею карой,

Чтоб мученик Магнус послал вам в удел

Весь год пребывать в тряске ярой!

Плясали весь год напролёт свой топ-хлоп:

То скромным идут хороводом,

То Бахуса свитой беспутной галоп

Сменяют угрюмо гавотом.

Nunquam dormio  был тон их нытья,

И песен других не искали;

Не до еды им и не до питья,

Плясали, шатаясь, скакали.

Раз на молочно-белесой кобыле

Герберт, епископ из Кёльна благой,

Тех увидал, что наказаны были –

Дурно ему, как от качки морской.

Скорей осеняет их божьим крестом,

Снимает проклятие следом,

Ведёт горемычных в молитвенный дом

Под самый алтарь с парапетом.

И впали бедняги в глубокий сон,

Но, корчась, дрожало их тело,

С синеющих губ, замирая, стон …

Три ночи, три дня пролетело.

Возник из чистилища утром с мольбой

Магнус, Святой края стужи.

И взял пастушков и молодок с собой

В рай. Упокоились души.

 

Der lange Tanz

Als die Frühmesse beendet war,

Nahmen sich drei junge Weiber,

Dicht am Kloster, nicht weit vom Altar,

Drei junge Kälbertreiber.

Die sechs fingen dort zu tanzen an,

Und reckten die ranken Glieder,

Und sangen dabei Hallelujah

Und Welt- und Hochzeitslieder.

Der Presbyter nahte in Eifer und Zorn

Und seine Stimme bellte.

Doch der Singsang ging weiter in Distel und Dorn

Und verhöhnte des Pfarrherrn Geschelte.

Der Priester schrie auf in heiserer Wut:

Daß ihr bliebet durch Gottes Knüttel

Und des heiligen Märtyrers Magnus Blut

Ein Jahr lang in solchem Geschüttel!

Da tanzten sie ein ganzes Jahr,

Bald züchtig in zierlichem Reigen,

Bald wüst wie eine Bacchantenschar,

Bald in feierlich finsterm Schweigen.

Nunquam dormio hieß ihr Klagegedicht,

Das sie stets von neuem sangen.

Sie aßen nicht, sie tranken nicht,

Sie tanzten, taumelten, sprangen.

Und als das Jahr vorüber war,

Ritt vorbei auf einer milchweißen Stute

Der Erzbischof Herbert von Köln im Talar,

Und dem wurde seekrank zu Mute.

Er löste schleunigst den tollen Graus,

Er löst die verwunschenen Bänder,

Und führt die sechs ins Gotteshaus

Vor des Hochaltars goldnes Geländer.

Sie fielen in tiefen Schlaf sogleich,

Es zitterten fort ihre Leiber;

Es schliefen drei Tage lilienbleich

Die sechs Weiber und Kälbertreiber.

Am vierten erschien aus dem Himmelsverlies

Der heilige Magnus von Norden,

Der nahm sie mit ins Paradies,

Da sind sie selig geworden.

Оставить комментарий


.